«У меня есть любовь, и мне не может быть одиноко»: история Ифиры Сайбаталовой

«Мам, выходи замуж за Хайдара абый»

Знакомство Ифиры и Хайдара трудно назвать случайным. Их познакомили общие друзья. Тогда художник поразил её до глубины души — своим умением видеть душу человека и передавать её на бумаге. Однажды он увидел её дочку, которая по-детски сидела на диване, поджав ноги под себя, и за пять минут нарисовал портрет. Это произвело на Ифиру очень сильное впечатление.

Они были знакомы целых шесть лет, хотя жили в разных городах. А когда Хайдар приехал в Уфимскую художественную школу по делам, то попросил Ифиру встретить его на вокзале и помочь с жильём. Она пошла встречать и удивилась, что он приехал один — думала, будет с женой. Заметив неглаженую рубашку и неопрятную обувь, она поняла: он одинок. Он рассказал, что уже пять лет живёт один, в мастерской. А потом добавил: «Я приехал на тебе жениться».

Ифира признаётся, что многое в этой встрече подготовила её дочка, которая сыграла в этом браке большую роль. Именно дочь сказала тогда: «Мам, выходи замуж за Хайдара абый, лучше ты не найдешь». Ифире на тот момент было 36, Хайдару — 52. Разница в 16 лет никого не смутила.

Первый год в мастерской и жизнь без ссор

Первый год супруги жили в мастерской художника, потом перебрались в Ленинград, а затем много лет провели за рубежом. И всё это время Ифира Закарьевна вспоминает как самое счастливое.

Ифира Сайбаталова:
«Хайдар Сайбаталов — это такой человек, у которого нет никаких изъянов. Мы никогда в жизни не ругались, даже косо не смотрели друг на друга».

Было непросто, но уважение и любовь оказались сильнее бытовых трудностей. На Ифире лежали все обязанности по дому, уход за мужем и организация его рабочего места. Хайдар был ранен на войне, жил с осколком в руке, который тревожил его всю жизнь. Она покупала специальные карандаши — именно коричневого цвета, специальную бумагу, вела дневники и планировала встречи, готовила полезную еду и отвары трав. Художник встречался с людьми, недолго разговаривал с ними, чтобы понять их мимику и характер, а потом начинал работать над портретом.

«Хайдар только рисовал, всё остальное было на мне», — вспоминает она. Но в её глазах нет обиды, только тепло воспоминаний.

Когда искусство становится спасением

Ифира пережила тяжёлую потерю — её сын ушёл из жизни слишком рано. Чтобы унять боль, она начала рисовать сама: в основном пейзажи и натюрморты.

«Хайдар меня хвалил и говорил, что я талантливая», — с улыбкой рассказывает женщина.

По всему дому расставлены статуэтки из подручных материалов, картины, вышивка. Везде можно увидеть каллиграфические записи ручкой и карандашом: «Ифира и Хайдар», «Торнаяз» — на столах и стенах, в книгах и статуэтках. Всё это дышит крепкой связью, которая была между супругами.

Как уходил Хайдар

В 2018 году Хайдара Сайбаталова не стало. Ему было 95 лет.

«Он сидел дома, рисовал портрет своего прадеда, я была во дворе. Захожу, а он сидит, как будто бок у него болит», — рассказывает Ифира.

Оказалось, он упал на угол мольберта и сломал три ребра. Это стало началом конца. От травмы он уже не оправился. С этого момента жизнь Ифиры пошла в другом русле.

Вдовство как продолжение дела

Ифире Закарьевне сегодня 85 лет. На вопрос о разнице в возрасте с мужем она отвечает просто: когда духовные составляющие совпадают, люди не смотрят на морщины. У неё до сих пор есть поклонники, но она и думать не может о том, чтобы предать память мужа. В ней горит желание жить и продолжать его дело.

«У меня очень много планов, которые необходимо реализовать», — объясняет она.

В будущем, когда её не станет, она хочет сделать из дома, где они жили, музей. Сейчас она изучает документацию, разбирается, как это сделать правильно. Но уже сейчас комнаты дома похожи на музей: за стеклом стоят сточенные карандаши, медали с войны, личные вещи. И, конечно, портреты — более двух тысяч, которые хранятся в отдельном помещении.

«Как человек искусства может быть одиноким?»

Я спросила её: «А не одиноко вам?», потому что не могла этого не спросить.

«Как человек искусства может быть одиноким? — улыбнулась собеседница. — У меня есть картины, у меня есть дело. У меня есть внутренний генератор, который появился в 1976 году, когда я познакомилась с Хайдаром. У меня есть любовь, и мне не может быть одиноко».

В последнее время Ифира Закарьевна сильно заболела и сейчас, после лечения, находится на восстановлении. Но дело не бросает. Бумажной работы много, но она надеется, что к концу года работа сдвинется. И тогда музей Хайдара Сайбаталова станет реальностью — местом, где его искусство продолжит жить, а любовь, которую они пронесли через десятилетия, останется на века.