1985 год. Село Дубъязы, пятый класс. Большая перемена. Одноклассница Айсылу, поразительно похожая на индийскую красавицу, скромно обедает за задней партой. Вдруг на стол с разбегу запрыгивает пятиклассник Ильфат. Вытянув руку вверх, он начинает самозабвенно пританцовывать и петь на весь класс: «Ай эм э диско дэнсер! О-хо-хо! Ай лав ю, Айсылу!» Бедная девочка заливается краской, дружбе приходит конец. А вот история большого артиста только начинается.
Сегодня Ильфат Камалиев — народный артист Республики Татарстан, ведущий актёр Казанского ТЮЗа имени Габдуллы Кариева, режиссёр и кинодел. За его плечами — десятки главных ролей от шиллеровского Фердинанда до героев национальных комедий, десятки поставленных спектаклей и пять собственных фильмов. Но если присмотреться к этому статному мужчине с ярко-голубыми глазами, в нём легко угадать того самого смелого дубъязского мальчишку, который никогда не лез за словом в карман.
«Төп яз»: корни, конные казаки и уроки доброты
Родное село Дубъязы в Высокогорском районе Ильфат Дамирович называет своим главным местом силы. Когда-то в детстве он спросил у бабушки, откуда взялось это необычное название. Та ответила: от татарского выражения «Төп яз» — «коренная, главная весна». А ещё в истории села оставили след конные казаки. Возможно, именно оттуда у местных жителей такой особенный нрав: прямолинейный, дерзкий, без привычки судачить за спиной — только правда в глаза.
— В молодости мы бываем разными, но с годами начинаешь жить по принципу: «Семь раз отмерь, один раз отрежь», — улыбается артист. — Когда я только приехал учиться в Казань, мой дубъязскийговор был очень заметен. Педагоги постоянно поправляли произношение звуков «җ» и «ч». Но я не стесняюсь своих корней: летом при первой возможности еду в родное село — там я по-настоящему отдыхаю душой.
Свои первые аплодисменты он сорвал ещё в дошкольном возрасте, пародируя артистов из телевизора перед самыми преданными зрителями — мамой и папой. В третьем классе Ильфат уже вышел на сцену в легендарной «Голубой шали» Карима Тинчурина. Играл мальчика-слуги, а жён ишана в том спектакле исполняли школьные учителя и его мама Фатима. Настоящий ишан — учитель физики Идрис абый — играл так убедительно, что труппа даже поехала на гастроли в соседний Битаман.
Особую роль в судьбе будущего актёра сыграла учительница татарского языка и литературы Радалия Закирова. Она открыла в школе драмкружок и учила детей не просто правилам грамматики, а умению думать и чувствовать. А параллельно Ильфат сам освоил гитару — едва научившись брать первые аккорды, уже давал уроки одноклассникам — и при поддержке АйратаУсманова собрал свой первый школьный ансамбль.

Слёзы самонадеянности и дрова из сарая
О театральной сцене когда-то мечтала сама мама Ильфата — Фатима. Свою несбывшуюся мечту она бережно передала сыну. В семнадцать лет парень поехал в Казань поступать на актёрский курс, который набирали легендарные Марсель Салимджанов и Фарит Бикчантаев.
Два тура пролетели на одном дыхании. Уверенный в победе Ильфат расслабился на третьем туре, провалил этюд — и впервые в жизни заплакал от обиды. Вернулся в деревню понурый, но мама не дала опустить руки: «Не переживай, есть же ещё Казанское театральное училище».
На прослушивании перед знаменитым актёром Камаловского театра Шамилем Бариевым дубъязский парень пошёл ва-банк: исполнил индийский танец собственного сочинения. Бариев хохотал до упаду. А затем дал задание: сыграть, как человек приносит дрова из сарая. После этюда мастер подробно разобрал ошибки абитуриента — и в эту секунду у Ильфата словно щёлкнул внутренний переключатель: он наконец понял суть актёрской профессии. Его приняли сразу на второй курс. Потом была армия, возвращение к учёбе, а позже — и заочный диплом знаменитой московской «Щуки».
Сценический поцелуй под вуалью и новогодний ультиматум
В 1994 году Ильфат Камалиев пришёл в театр имени Габдуллы Кариева. Первую романтическую роль ему предстояло сыграть в паре с заслуженной артисткой Татарстана Гульнарой Абитовой.
— По сюжету мы с Илфатом должны были объясниться в любви под белой вуалью и поцеловаться, — со смехом вспоминает Гульнара Абитова. — Нам кричат из зала: «Да они же понарошку! Первые ряды всё видят!» А мы молодые, стесняемся: «Нет, целоваться не будем». Режиссёр Ренат Мирзахасанович посмотрел на нас сурово и отрезал: «Поцелуетесь». Пришлось! И эта сцена стала самой красивой в спектакле. Кстати, тогда Илфат ещё ни разу не целовался на сцене со своей будущей женой Энже — я была первой!
С самой Энже история развивалась не менее кинематографично. Они учились на одном курсе, но девушка упорно не замечала влюблённого однокурсника. После выпуска Ильфат на шесть лет уехал работать в Набережные Челны. Казалось, пути разошлись, но судьба снова свела их в Казани.
— Я поначалу и «покапризничала», и даже обижала его, — признаётся Энже Камалиева. — Он твердил: «Ты выйдешь замуж только за меня». А я отвечала: «Ни за что в жизни!» Тогда он улыбнулся: «Ты сама ещё подойдёшь и предложишь пожениться». Так и вышло. 2003 год, новогодний вечер в театре. Я подошла к нему и сказала: «Ильфат, давай уже поженимся». А он мне спокойно так: «А я думал, ты скажешь об этом только лет через десять».
Сегодня в их творческой семье подрастают две дочери. А спектакль Кариевского театра «Будем жить с песней» («Җырлап яшик») во многом написан словно с их собственной биографии — такой же музыкальной и живой.

Три зрителя в зале и кино вместо ремонта
За кажущейся лёгкостью актёрской судьбы стоят годы поисков. В Челнинском театре Ильфат играл главную роль в комедии Мансура Гилязова «Дон Жуан в Балчыклы». Спектакль шёл тяжело: зрители в зале сидели с каменными лицами, не раздавалось ни единого смешка. Артист возненавидел эту роль.
Всё изменилось на гастролях в Кукморском районе. Занавес открылся, а в огромном зале сидели ровно три человека — родственники одного из актёров труппы. Терять было нечего. Потерявший всякий настрой Камалиев начал откровенно импровизировать и болтать от себя. И вдруг в тишине зала раздался искренний хохот. Артист поймал кураж — зрители смеялись до слёз. В тот вечер он понял главное правило профессии: если по-настоящему нащупать нерв героя, даже из самой «нелюбимой» роли можно сделать конфетку.
Творческий азарт Камалиева не раз испытывал на прочность семейный быт. 18 лет назад супруги взяли квартиру в ипотеку.
— В квартире вся штукатурка осыпалась, идёт ремонт, а Ильфат отправляет меня с детьми гулять на улицу и садится писать сценарий, — рассказывает Энже. — Я ругаюсь: «Ни копейки денег нет, какое кино? Сначала заработать надо!» Я так ждала его отпускных на ремонт, а он взял и спустил всё на съёмки. Так и родился его фильм «Корыч» («Сталь»), где он сам и сценарист, и режиссёр.
— Были времена, когда я буквально бредил кино, — оправдывается артист. — Очень хотелось показать наших, родных героев. Приятно видеть, что сегодня татарское кино избавляется от излишней театральности, равняется на лучшие образцы российского кинематографа. И я всё чаще думаю о том, чтобы в будущем ещё плотнее заняться режиссурой — опыт для этого уже накопился.
Незаживающая рана
За яркой улыбкой и неиссякаемой энергией Ильфата Камалиева скрывается одна тихая, но глубокая боль. Самым большим сожалением в жизни он называет то, что не успел отдать родителям всю ту теплоту, которую мог бы. Когда он уехал работать в Набережные Челны, мама и папа оставались в Дубъязах. Вскоре не стало мамы, потом тяжело заболел отец.
— С головой уходя в творчество, бывало, я тратил время впустую, не уделяя им должного внимания. Это единственное, о чём я по-настоящему жалею, — тихо говорит артист.
Но те, кто знал его родителей, уверены: ими можно только гордиться. Актриса Альбина Гайзуллинавспоминает маму Ильфата, свою школьную учительницу татарского языка Фатыму апу, как педагога от Бога — с густыми волосами, такими же ярко-голубыми, как у сына, глазами и удивительно мягким голосом, который никогда не повышался на детей.
Кажется, именно этот свет — мамина мягкость, дубъязская прямота и вечная весна «Төп яз» в душе — и делает Ильфата Камалиева тем артистом, которому зритель верит с первой секунды. Хоть в драме, хоть в комедии, хоть в старом индийском танце на школьной парте.
Нет комментариев