«Я не умею фальшиво улыбаться»: удивительная Вика Пивоварова

Вообще, если честно, рассказывать про Вику сложно. Потому что очень легко скатиться либо в ненужную жалость, либо в приторное «ах какая сильная девочка». А Вика ведь вообще не про это. Она живая, смешная, очень умная. Бывает иногда резкой, но при этом честной. И, конечно, Вика - абсолютно невозможно обаятельная девчонка.

Мы познакомились, кажется, еще в 2016 или 2017 году. Тогда Вика вместе с сестрой-близняшкой Никой были совсем маленькими. Помню съемки, камеры, суету, и эту девочку, которая смотрела на телевизионную кухню с каким-то совершенно взрослым интересом.
То ли она хотела вести свою программу, то ли просто мечтала посмотреть, как всё устроено изнутри. Сейчас уже и не вспомнить. Зато я очень хорошо помню другое: то, как быстро она располагала к себе людей.

Вика и Ника родились раньше срока. Долгожданные девочки, которых мама буквально вырывала у обстоятельств зубами. В год обеим поставили диагноз ДЦП.
А дальше все как у всех, история девочек мало чем отличается от тысяч таких же, с таким же диагнозом. У них были операции, бесконечные реабилитации, массажи, лечение, поиски денег, надежды, откаты назад, новые попытки. А еще вокруг девочек было огромное количество любви, без которой такие истории вообще не работают.

И знаете, что меня поражает больше всего?
Что Вика, при всех этих испытаниях, растет  человеком не озлобленным, не закрытым, не обиженным на мир. Все как раз наоборот!

У Вики какое-то удивительное внутреннее любопытство к людям и жизни. Когда она была маленькой, снималась у нас в рубрике «В гостях у мандаринки». Пела, читала стихи и сказки, отвечала на вопросы так бойко, будто всю жизнь работала в кадре.
Потом несколько лет вела свою авторскую рубрику «Викины сказки» у нас на детском телевидении. Которая, к слову, была очень любима зрителями. 

Каждый раз, когда я разговариваю с Викой, ловлю себя на мысли: у этой девочки внутри происходит какая-то очень большая мыслительно-анализаторская работа. Хотя сама Вика, конечно, объяснила бы все проще и веселее. 

Вика сейчас вступила в подростковый возраст, ей уже 14 лет, но вот свою непосредственность и уникальность она вообще не теряет. Например, если бы вы спросили, чем она увлекается сейчас, девочка начала бы рассказывать вам про сурикатов, ехидн или кенгуру. Животных она обожает почти с научным фанатизмом. Сыплет фактами так, будто у неё в голове встроенная энциклопедия Discovery Channel.

А еще Вика пишет фанфики. И вот именно тут, как ни странно, можно заглянуть прямо в душу девочки. Потому что в четырнадцать лет Вика рассуждает о человеческой природе так, как некоторые взрослые не умеют и в сорок.

«Я пишу истории про дружбу, про понимание того, что нельзя никого считать абсолютным злодеем или святым. Все люди делают поступки на основе своих жизненных выводов. Нас формируют родители, друзья, окружение, то, в какой среде мы живем. Это все очень на нас влияет.»

А я сидела, слушала ее голосовые сообщения и думала: Господи, девочке ведь четырнадцать лет. ЧЕТЫРНАДЦАТЬ. О чем я сама думала в таком возрасте? Или сейчас все подростки такие?

Вика, кстати, вообще очень много думает про эмоции, искренность, про то, как люди прячут себя настоящих.

«Я не одобряю метод фальшивой улыбки. Когда мы пытаемся фальшиво улыбаться, нам внутри становится еще больнее. Я вообще не умею фальшиво улыбаться. Когда пытаюсь скрывать чувства, у меня внутри будто железными когтями скребут.»

А еще Вика любит рисовать. И рассказывает о своих рисунках она так, что хочется немедленно увидеть каждый, ну и, желательно, снять еще очередной сюжет про эту девочку и ее хобби.

«Возможно, мои рисунки странные. Но если ты как творец видишь в этом смысл, значит он там есть. Даже если понимаешь его только ты.»

Меня восхищает, как Вика рассуждает про многослойность эмоций и внутренний смысл искусства. При этом в ней нет вообще никакого намека на снобизм. Она может после серьезных размышлений вдруг резко выдать:

«Все мы люди. Все хотим поменьше насилия, чтобы нас услышали. Ну и, конечно, вкусняшек.»

Вика удивительно сочетает глубину и абсолютную детскую живость. Она может говорить о контроле над эмоциями, о хаосе внутри себя, а потом вдруг начать смеяться над какой-нибудь ерундой и рассказывать про рисунок, где она изобразила татарского покемона в камзоле и тюбетейке, у которого обменно-дружелюбный тип общения.

«Ты ему конфетку с барбариской, а он тебе треугольник, если ты татарин, или плов, если узбек.»

А еще сейчас Вика много думает о том, какой хочет стать в будущем.

«Я просто понимаю, что и мое время придет. Когда-нибудь и я буду девушкой. Я хочу познать жизнь, чтобы быть эрудированной. А еще я хочу вырасти в такую девушку, за поведение которой мне не будет стыдно. Ну… большую часть времени.»

И вот это  вот её «ну… большую часть времени» звучит так мило и естественно, так живо, что невольно расплываешься в улыбке.

Кстати, есть еще одна история, которая очень многое говорит о Вике. Несколько лет назад семья собирала огромную сумму на лечение. Новый курс реабилитации стоил больше двухсот тысяч рублей, и тогда Вика запретила покупать себе кукол. Приняла волевое решение, хотя вообще-то эти игрушки она очень любила.

«Это абсурд - покупать такие дорогие куклы. Лучше детям с ДЦП помочь. А у кукол такая цены, что я решила этот абсурд прекратить, то есть его устранить.»

И в случае Вики это не было каким-то показательным поступком, ее этому никто не учил. Она действительно так думала и делала все искренне.

Мне кажется, что у Вики вообще очень рано появилось понимание ценности людей, их душ, сердец, а также понимание необходимости каких-то вещей.

За последние годы Вика сильно изменилась, повзрослела, стала еще умнее и увереннее в себе. Но главное все-таки то, что она не растеряла себя. Что та самая девочка с огромным сердцем и богатым внутренним миром, которая когда-то пришла на телевидение просто посмотреть, как всё устроено, все еще живет в её душе.

«Иногда хочется закричать во весь голос, что ты не зря живешь. Что ты любишь себя. Любишь близких. Ценишь людей такими, какие они есть.»

И, наверное, добавить здесь больше нечего.